Главная » Биографии, Шоу-бизнес » Олег Янковский (биография, часть 1)

Биография Олега Янковского

Олег Янковский
Имя при рождении: Олег Иванович Янковский
Дата рождения: 23 февраля 1944
Место рождения: Жезказган,
Карагандинская область,
Казахская ССР, СССР
Дата смерти: 20 мая 2009
Место смерти: Москва, Россия
Гражданство: СССР → Россия
Профессия: актёр, кинорежиссёр
Карьера: 1965—2009

биография Олега Янковского

биография Олега Янковского

Олег Иванович Янковский (23 февраля 1944, Джезказган, Казахская ССР, СССР — 20 мая 2009, Москва, Российская Федерация) — советский, российский актёр театра и кино, кинорежиссёр. Народный артист СССР (1991). Лауреат Государственной премии СССР (1987), двух Государственных премий Российской Федерации (1996, 2002).
Наибольшую известность актёру Олегу Янковскому принесла работа в фильмах «Щит и меч», «Служили два товарища», «Тот самый Мюнхгаузен», «Полёты во сне и наяву», «Ностальгия». На театральной сцене его самыми яркими работами стали роли в спектаклях «Идиот» Ф. М. Достоевского, «Синие кони на красной траве» М. Ф. Шатрова, «Оптимистическая трагедия» Вс. В. Вишневского, «Чайка» А. П. Чехова, «Шут Балакирев» Г. И. Горина.

Олег Иванович Янковский родился в городе Джезказган Казахской ССР (ныне Казахстан) 23 февраля 1944 года в семье Ивана Павловича и Марины Ивановны Янковских. Род Янковских имеет белорусские и польские корни.
Отец актёра Ян Янковский (позднее закрепилось имя Иван) до революции 1917 года был гвардейским офицером, штабс-капитаном лейб-гвардии Семёновского полка, в Первую мировую войну награждён офицерским Георгиевским крестом. Во время Брусиловского прорыва был тяжело ранен. Служил вместе с Тухачевским который тоже начинал карьеру в Семёновском полку. В начале 1930-х был арестован, а в 1936 году освобождён. В 1937 году Иван Павлович был снова арестован, — как утверждал сам Олег Янковский, — «погорел» за то, что «был другом Тухачевского». Вскоре освобождён. Во время Великой Отечественной войны работал в тылу — на строительстве в Джезказгане и Ленинабаде. В 1951 году семья перебралась в Саратов, где в 1953 году Иван Павлович скончался (дало знать о себе ранение, полученное в Первую мировую войну).

Иван Павлович любил театр, искусство, музыку; Марина Ивановна в юности мечтала стать балериной. У них была большая библиотека, которую собрал отец и сумела сохранить мать. Когда семья переехала из Джезказгана в Саратов, увлечением сыновей стал театр — старший Ростислав занимался в кружке художественной самодеятельности, средний брат, Николай, — в театральном кружке. Братья обожали спектакли местного ТЮЗа. Ростислав, окончив театральную студию в Ленинабаде, стал работать в местном театре. В 1957 году он перебрался в Минск, где начал играть на сцене Минского русского драматического театра им. М. Горького. Чтобы избавить мать от части материальных забот (в семье остался один кормилец — средний брат Николай), через год Ростислав забрал к себе 14-летнего Олега, который как раз закончил седьмой класс. В Минске Янковский-младший дебютировал на сцене — нужно было заменить заболевшую травести — исполнительницу эпизодической роли мальчика Эдика в спектакле «Барабанщица» А. Д. Салынского. Олег не ощущал важности своего участия в спектакле — однажды он заснул в гримёрке и не успел к своему выходу[. Олег любил футбол, которым увлёкся, ещё живя в Саратове. Перебравшись в Минск, он играл какое-то время вместе с Эдуардом Малофеевым. Но это увлечение отрицательно отразилось на учёбе, и старший брат запретил Олегу играть в футбол.

Марина Ивановна переживала в связи отъездом сыновей, и как только появилась возможность, Олег вернулся в Саратов, где окончил школу № 67. После школы Олег собирался поступать в медицинский институт, но случайно увидел объявление о приёме в Саратовское театральное училище. Вспомнив свой минский опыт на сцене, он решил попробовать свои силы. К его разочарованию, приёмные экзамены уже закончились, но Олег решил всё-таки узнать о правилах приёма на следующий год и зашёл в кабинет директора. Тот только спросил фамилию и сказал, что Янковский зачислен и нужно приходить на занятия в начале сентября. Как выяснилось спустя несколько месяцев, брат Олега — Николай — втайне от семьи решил поступать и с успехом прошёл творческий конкурс. Искренне любящий Олега Николай не стал разлучать его со сценой. Учился Олег не без проблем. Как вспоминал педагог по сценической речи: «Говорил плохо, аппаратом обладал тяжёлым, рот открывал неправильно». Но в роли Тузенбаха в дипломном спектакле «Три сестры» Олег Янковский сумел показать себя многообещающим, интересным актёром, и это развеяло сомнения мастера курса.
На втором курсе училища Олег познакомился с Людмилой Зориной, которая училась на курс старше. Вскоре они поженились. Когда после училища Зорину пригласили в Саратовский драматический театр, она настояла, чтобы Олега тоже взяли туда. После окончания в 1965 году Саратовского театрального училища (педагог — А. С. Быстряков) Олега зачислили в труппу Саратовского театра. Людмила быстро стала звездой театра, на неё ходил смотреть весь Саратов. Олегу же доставались лишь эпизодические роли.

Дебют в кино
«Щит и меч» — Генрих Шварцкопф

В кино Олег Янковский попал почти случайно. Саратовский театр драмы находился на гастролях во Львове. Олег зашёл в гостиничный ресторан, чтобы пообедать. В этом же ресторане расположился режиссёр Владимир Басов и члены съёмочной группы будущего киноромана «Щит и меч». Они обсуждали, где найти артиста на роль Генриха Шварцкопфа. Жена Басова, Валентина Титова, заметив за соседним столиком Олега, сказала режиссёру: «вот сидит юноша с типичной арийской внешностью». Басов согласился, что молодой человек подошёл бы идеально, но «он, конечно, какой-нибудь физик или филолог. Где найти артиста с таким умным лицом?». Встретив вновь Олега на Мосфильме и узнав, что он актёр, Наталья Терпсихорова, ассистентка Басова, предложила его кандидатуру режиссёру. Она нашла Олега в саратовском театре и пригласила на пробы[18]. Станислава Любшина, который был уже утверждён на роль разведчика Иоганна Вайса (Александра Белова), вызвали подыгрывать молодому артисту. Олег очень волновался. У него совсем не было опыта в кино, а в театре его опыт состоял из крошечных эпизодов. Станислав Любшин рассказывал:

Играем и, как все артисты на кинопробах, играем ужасно. Мне это не страшно, я уже утверждён, а Олег так стал переживать! У нас там стояла белая колонна, мраморная, и он был бледнее, чем эта колонна. Всё трагическое состояние было выражено на его благородном лице. И чем дольше Олег держался за колонну, тем становился краше. Я тогда Басову говорю: «Владимир Павлович, ну посмотрите, как этот парень страдает, как точно вы выбрали артиста». Оператор Паша Лебешев меня поддерживает: «Действительно, он всё интереснее и интереснее делается». И Басов согласился: «Да, с каждой секундой хорошеет, мы его утверждаем».
Так Олег Янковский был приглашён в свой первый фильм. Труппа театра отправилась после Львова в Ялту, там Олег читал сценарий фильма «Щит и меч». В этом же году Олег сыграл красноармейца Андрея Некрасова в драме Евгения Карелова «Служили два товарища». Вначале он пробовался на роль поручика Брусенцова, но режиссёр, увидев на пробах Олега, воскликнул: «Этого человека мы Врангелю не отдадим». На съёмках этого фильма Янковский встретился сразу с двумя звёздами — Роланом Быковым, который играл Ивана Карякина, и с Владимиром Высоцким, сыгравшим поручика Брусенцова. С Роланом Быковым молодой актёр подружился. Совет Быкова стал пророческим для Янковского и запал ему в память:

Ты не рвись сразу в Москву, Олег. Москва задыхается, ей не хватает талантливых людей. А ты будешь популярным, как только выйдет этот фильм. Звать будут многие театры — и московские и ленинградские.

В роли Некрасова Янковский научился молчать и научился смотреть. Валерий Фрид, один из авторов сценария, вспоминал, как к нему прибежал режиссёр фильма Евгений Карелов и обеспокоенно спросил, почему у Некрасова, которого играл Янковский, так мало текста, все его реплики уместились на половинке печатной странички.

Как же так, главная роль и столь мало текста? Может, добавите? Не надо, сказали мы режиссёру, пусть молчит, пусть Быков разговаривает, а у Янковского и так всё ясно, без текста, и молчит он так выразительно, так много говорит его молчание.

После выхода фильмов «Щит и меч» и «Служили два товарища» Янковский стал знаменитым. Саратовские зрители стали ходить в театр на Олега Янковского. Олег Иванович стал получать серьёзные роли, как классического («Стакан воды» — Мешем, «Таланты и поклонники» — Мелузов, «Идиот» — Мышкин, так и современного репертуара («Человек со стороны» — Чешков).

1970-е годы

В 1972 году Олег Янковский сыграл в фильме «Гонщики» Игоря Масленникова. Фильм был снят как реклама экспортного варианта автомашины «Москвич-412». Как и в первых двух его фильмах, у Янковского был великолепный партнёр Евгений Леонов. Они были двумя раллистами: Леонов играл умудрённого опытом Ивана Кукушкина, а Янковский — молодого, удачливого красавца Николая Сергачёва. В салоне машины они фактически прожили несколько месяцев, выезжая на съёмки в Абхазию, Прибалтику, Финляндию. Янковский преклонялся перед Леоновым. Леонов тоже приметил «саратовского самородка». Именно Леонов порекомендовал вновь назначенному главному режиссёру Ленкома Марку Захарову присмотреться к Янковскому. Марк Захаров специально съездил в Ленинград и посмотрел спектакли «Идиот» и «Таланты и поклонники» с участием Олега Янковского (в августе 1973 года Саратовский академический театр драмы гастролировал на сцене Большого драматического театра имени М. Горького). Работа Олега Янковского была отмечена ленинградской прессой. Ленинградская газета «Смена» в 1973 году писала:

Мешем в «Стакане воды» — классический герой-любовник, да ещё у Скриба — и вдруг, простак! Неплохо придумано. И блистательно сыграно.
… если говорить о роли, определяющей главное в творчестве актёра, то это князь Мышкин в «Идиоте» Достоевского.

После успешных гастролей в Ленинграде Олегу стали поступать предложения играть в различных московских и ленинградских театрах, но он ждал предложения от Марка Захарова. На встречу с Олегом Марк Захаров не пришёл, что не обескуражило молодого актёра, который сам позвонил режиссёру и напомнил о встрече. В 1973 году по приглашению Марка Захарова Олег Янковский перешёл в московский театр имени Ленинского комсомола (Ленком) и начал репетировать там главную роль — Горяева, молодого секретаря парторганизации на стройке гигантского автозавода в «молодёжно-музыкальном» спектакле «Автоград XXI», первой постановке Марка Захарова в качестве главного режиссёра этого театра. Пьеса была написана им в содружестве с Юрием Визбором. Спектакль недолго просуществовал в репертуаре, был прохладно принят критиками, но актёр вспоминал о нём с добрым чувством, как «совместный с Захаровым дебют в Ленкоме». Олег Янковский вспоминал о том времени: «Мой переход в Москву был труден в основном в бытовом отношении. Пятиметровая комната в общежитии, маленький сын… Но профессионально я не чувствовал никаких опасений».

В кино в эти годы Олег Янковский создаёт много интересных образов: бескомпромиссного парторга Соломахина в «Премии» по пьесе Александра Гельмана и весёлого схолара Франциска Скорину («Я, Франциск Скорина»), следователя Воронцова («Длинное, длинное дело») и декабриста Рылеева в фильме Владимира Мотыля «Звезда пленительного счастья», полярника («72 градуса ниже нуля») и спецкора столичной газеты («Жди меня, Анна»).

Заметной работой Олега Янковского середины 1970-х годов стала роль Отца в фильме Андрея Тарковского «Зеркало». Актёр попал в фильм благодаря своему сходству с Арсением Тарковским, отцом режиссёра. Для Янковского роль Отца была расширена. Также в фильме сыграл маленький Филипп, сын Олега Янковского (он играл самого Андрея Тарковского в детстве). Тарковский мечтал экранизировать пьесу Уильяма Шекспира «Гамлет» и предложил роль Гамлета Олегу Янковскому, но снять фильм Тарковскому не дали. И тогда он решил поставить эту пьесу на подмостках сцены. Олег Янковский принёс эту пьесу в Ленком, уговорил Марка Захарова, ждал два года, но за пять дней до начала репетиций (премьера состоялась в 1977 году) Тарковский сказал: «Ты, Олег, герой романтический, твоя роль — Лаэрт, а Толя Солоницын сыграет Гамлета» (также в постановке сыграли Инна Чурикова и Маргарита Терехова). Янковский обиженно отказался от участия в спектакле. Это охладило отношения между режиссёром и актёром.

В 1976 году Марк Захаров должен был приступить к съёмкам фильма «Обыкновенное чудо» по пьесе Евгения Шварца. Руководству «Мосфильма» понадобилась картина, которая могла бы подойти для показа в новогоднюю ночь. Это должна была быть лёгкая, милая комедия. Снять её предложили Марку Захарову, театральному режиссёру, на счету которого была только одна картина — «12 стульев», снятая для телевидения и признанная неудачной. Существовала черно-белая экранизация сказки Шварца, которую снял в 1964 году Эраст Гарин. Несмотря на то, что в роли Медведя был признанный секс-символ Олег Видов, а в роли Короля — сам Гарин, фильм был забыт. Марку Захарову не нравилась эта пьеса, он считал её легковесной, не видел в ней философского подтекста. Но, решив по-своему изложить эту историю, он всё-таки согласился. В роли Волшебника Марк Захаров видел только Олега Янковского. Его легко утвердил худсовет, памятуя об его большом послужном списке в кино. Но перед началом съёмок актёра сразил сердечный приступ, и он оказался в реанимации. Когда Марк Захаров пришёл в больницу к Янковскому, актёр сказал, что готов отказаться от роли. Но режиссёр ответил: «Нет. С вами я не расстанусь. Будем ждать». Съёмки были приостановлены. И начались только после того, как актёр вышел из больницы. Марк Захаров вспоминал, как Янковский помогал ему своим киноопытом на съёмочной площадке. И на этот раз фильм получился. Медведя сыграл совсем юный Александр Абдулов, а Принцессу, которая влюбилась в него — Евгения Симонова. А виновным во всей этой истории был Волшебник — Олег Янковский. Марк Захаров противопоставлял Волшебника всем остальным персонажам своего мира. Он единственная фигура с философским характером. Остальные — или лирические, или сатирические. Он — главное лицо, и именно он поведал мораль этой сказки: «Слава храбрецам, которые осмеливаются любить, зная, что всему этому придет конец. Слава безумцам, которые живут, как будто они бессмертны». Волшебник Олега Янковского не потерялся на фоне мужественного обаяния Медведя-Абдулова, фееричной гротескности Короля-Леонова и нежного очарования Принцессы-Симоновой. Несмотря на то, что средств для создания его образа режиссёр отпустил Янковскому меньше, скупыми красками он сумел показать сущность Творца — он обладал способностью творить чудеса, но при этом был вполне реальным человеком — эгоистичным, властным, подчас жестоким, и в то же время мудрым. Марк Захаров потом признался: если бы не было Волшебника, потом не было бы и Мюнхгаузена, Свифта и Дракона. Благодаря оглушительному успеху «Обыкновенного чуда», режиссёр наконец смог доказать, что он «не случайный человек в кинематографе».

В 1978 году Олег Янковский сыграл следователя Камышева в фильме Эмиля Лотяну «Мой ласковый и нежный зверь» по мотивам повести А. П. Чехова «Драма на охоте». «Красивый человек в белом костюме», как написал об этом Марк Захаров. Эту роль Олег Янковский посвятил своей маме, Марине Ивановне[34]. Фильм был плохо принят критикой из-за вольного обращения с первоисточником, но имел оглушительный успех у зрителей (особенно зрительниц), а Янковский после фильма стал, что называется, «секс-символом». В киноконцертах, которые так любили показывать на нашем телеэкране в советское время, сцена, где Камышев — Олег Янковский кружит на руках Оленьку — Галину Беляеву под звуки гениального вальса Евгения Доги, была обязательной.
Также в 1978 году Марк Захаров поставил в Ленкоме спектакль «Синие кони на красной траве» по пьесе Михаила Шатрова. Это был смелый эксперимент — Олег Янковский сыграл не просто Ленина, но Ленина без грима, без привычной картавости вождя, сыграл его не бронзовым памятником, а обычным человеком, больным, уставшим, мучающимся от того, что ему мало осталось. Даже те, кто не принял спектакль, восхищались работой Янковского, который смог отойти от традиционного отображения Ленина. Актёр играл не реального Ленина, а его романтическое представление в умах людей, не того человека, каким он был, а каким его хотели видеть.

«Тот самый Мюнхгаузен»
В 1979 году Марк Захаров приступил к съёмкам фильма «Тот самый Мюнхгаузен», в основу которого легла пьеса Григория Горина «Самый правдивый», изначально написанная для театра Советской армии. В этом спектакле главные роли исполняли Владимир Зельдин и Людмила Касаткина, было бы логично пригласить их в фильм, но Марк Захаров видел в образе Мюнхгаузена только Олега Янковского, несмотря на то, что это было в определённом смысле смелое решение. Марк Захаров вспоминал:

В приглашении Олега Янковского на эту роль был элемент риска. Он всё-таки сложился как актёр совсем не комедийного толка. Но к чести Олега, в его актёрской палитре нашлись комедийные краски, которые в фильме, в первой части особенно, но и во второй тоже, получили достойное воплощение[36].

Худсовет не утверждал актёра, мотивируя тем, что он слишком молод для роли барона, у которого есть взрослый сын[35]. Григорий Горин был тоже против кандидатуры Янковского. Он писал в своих воспоминаниях:

Он до этого играл прямых, жёстких, волевых людей — волжские характеры, выдающие его происхождение. Я не верил в его барона. Началась работа, и он влезал в характер, на наших глазах менялся. Врастал в роль, и явился Мюнхгаузен — умный, ироничный, тонкий. Какая была бы ошибка, возьми мы другого актёра![35]

Правда, затем вновь возникли проблемы. Как вспоминал потом Горин — «во время озвучивания фильма выяснилось, что великолепный на вид барон Карл Фридрих Иероним разговаривает с каким-то саратовским акцентом и с большим трудом выговаривает некоторые слова и выражения, присущие германской аристократии»[37]. Горин не присутствовал во время озвучения в тон-студии финальной сцены, где барон Мюнхгаузен говорит фразу, ставшую впоследствии знаменитой: «Умное лицо — это ещё не признак ума, господа». В сценарии фраза звучала так: «Серьёзное лицо — это ещё не признак ума, господа», но Олег Янковский оговорился, и так эта фраза, к неудовольствию Горина, стала крылатой[38].

31 декабря 1979 года состоялась премьера. Этот фильм стал визитной карточкой Олега Янковского. Несмотря на большое количество великолепных ролей, сыгранных актёром после этого фильма, его лучшей ролью часто называют роль барона Мюнхгаузена[39]. В исполнении Олега Янковского Мюнхгаузен предстал вовсе не тем бароном-вралём, который знаком по книге Эриха Распе и каноническим иллюстрациям Гюстава Доре. Это притча о мужестве человека, который способен остаться самим собой, не пасуя перед лицемерами и ханжами. Олег Янковский часто вспоминал в своих интервью о «формуле роли», которую нашёл для него Марк Захаров.

Когда мы с Марком обсуждали, как играть Мюнхгаузена, он вспомнил такую притчу: Распяли человека и спрашивают: «Ну, как тебе там?» — «Да ничего… Только улыбаться больно». Мюнхгаузен идёт обходным путём, и, наверное, в этом его сила. Выйти на площадь и кричать о своих убеждениях — не самый сложный путь[36].

Марк Захаров подвёл черту:

Глаза у Олега Янковского оказались умными, а внешний облик — хотя и не слишком комическим, но достаточно забавным. Янковский очень тонко, очень трепетно аккумулировал в себе нашу общую печаль. И восторг сочинителя. И пафос истинного правдолюбца.

1980-е годы

В 1982 году Олег Янковский сыграл главную роль в фильме Сергея Микаэляна «Влюблён по собственному желанию». Янковский попал в этот фильм благодаря Евгении Глушенко, которая была уже утверждена на главную роль Веры. Глушенко уговорила режиссёра Сергея Микаэляна прекратить поиски главного героя и пригласить Янковского: «Только Олег сможет сыграть джентльмена, даже опустившегося. Он же настоящий аристократ!» Сергей Микаэлян согласился, несмотря на то, что главному герою фильма по сюжету 27 лет, а Олегу Янковскому было уже 38, и уже не видел другого актёра в этой роли. Когда Ленком должен был уехать на съёмки в Среднюю Азию, Микаэлян настоял, чтобы всю киногруппу отправили вслед за Янковским. Фильм посмотрело почти 25 миллионов зрителей, а Олег Янковский был признан лучшим актёром года по опросу читателей журнала «Советский экран».

Также в 1982 году Олег Янковский снялся в фильме Романа Балаяна «Полёты во сне и наяву». Сценарий был написан Виктором Мережко специально для Никиты Михалкова, но когда Роман Балаян случайно увидел Янковского в фильме «Мы, нижеподписавшиеся», его так поразила его игра, что он тут же позвонил Мережко и сказал: «Берём Янковского». Балаян вспоминал об этом: «Почему я так решил? Мне кажется, что у Олега было то, чего нет у многих: он в кадре и над ним. Было ещё что-то, кроме того, что он говорил, в его лице, в его глазах». Виктор Мережко позвонил актёру и предложил ему главную роль, но Янковский, узнав, что фильм будет снимать неизвестный ему режиссёр на киностудии имени Довженко, отказался. Но потом, случайно выяснив детали сюжета от самого Никиты Михалкова, Олег Янковский согласился. Этот фильм стал началом плодотворного сотрудничества актёра с режиссёром Романом Балаяном. Роман Балаян охарактеризовал главного героя фильма так: «Герой в сюжете и такой, и сякой. Вот тебе и не нравится, вот он хороший, вот он почти негодяй, вот он опять замечательный, вот он комикует, вот он плачет. В одном фильме артисту было предоставлено сыграть всё». За роль в фильме «Полёты во сне и наяву» Олег Янковский был удостоен Государственной премии СССР. В 1980-х Роман Балаян снял с Олегом Янковским фильмы «Поцелуй» (1983), «Храни меня, мой талисман» (1986) и «Филёр» (1987).

«Ностальгия» — Андрей Горчаков
«По-настоящему я захлебнулся от счастья только в 1983-м году. Тогда всё совпало! Я снимался в Италии, у самого́ Тарковского, а в Москве прошли премьеры сразу двух фильмов — „Полёты во сне и наяву“ и „Влюблён по собственному желанию“», — признавался потом Олег Янковский в своём интервью.
Главную роль в фильме «Ностальгия» должен был сыграть любимый актёр Андрея Тарковского, его друг и протагонист его фильмов — Анатолий Солоницын, но он умер от рака лёгких в июне 1982 года, и Тарковский предложил главную роль Олегу Янковскому. Солоницын умер ещё до написания сценария, и поэтому сценарий был написан специально «под Янковского». Героем «Ностальгии» вначале должен был быть русский крепостной композитор (прототипом которого служил Дмитрий Бортнянский), отправленный на учёбу в Италию. Но по сценарию главным персонажем фильма стал современный писатель Андрей Горчаков. Он приезжает в Италию, чтобы найти материалы о крепостном графа Шереметева, композиторе XVIII века, Сосновском.
Тарковский решил подготовить актёра к роли. Янковского поселили в гостинице и просто бросили — без знания языка, без денег. Прошла одна неделя, другая, никто не появлялся. Восторг от встречи с капиталистической заграницей сменился тоской. Янковский был уже в отчаяньи, и тут явился наконец Тарковский. Увидев потухший взгляд актёра, он сказал: «Теперь тебя можно снимать». Олег Янковский вспоминал о первой встрече с Тарковским в Риме:

Он не вошёл — ворвался, как обычно, нервный, быстрый, худой. Мы обнялись, долго молчали. В этой паузе было всё. И ушедший Толя, и страх моего несоответствия Андрею, несмотря на переделку сценария, и незнание, чего он от меня ждёт. И радость встречи. Но главное — ощущение силы в этом невысоком поджаром человеке. «Как сценарий?» — «Прекрасный». — «Вот, все русские сразу понимают».
Фильм был снят за три месяца. В 1983 году Италия выставила фильм на Каннский фестиваль с расчётом на Гран-при. Но фильм приза не получил, Тарковский обвинял во всём Сергея Бондарчука, который входил в жюри. Руководство Госкино, особенно председатель Госкино СССР Ф. Т. Ермаш, требовало, чтобы Тарковский вернулся в страну. Режиссёр решил остаться в Италии, «Ностальгия» была запрещена к показу в СССР.

В 1983 году Марк Захаров поставил на сцене Ленкома пьесу Всеволода Вишневского «Оптимистическая трагедия». Олег Янковский сыграл в этом спектакле царского офицера капитана Беринга — роль, которая продемонстрировала его фактурную аристократичность и его умение выразительно молчать. Марк Захаров вспоминал:
Репетируя с Янковским в театре капитана Беринга из «Оптимистической трагедии» — роль, в которой совсем немного слов, — я обратил внимание на то, как он умеет молчать. «Глаза — зеркало души», — говорят люди. У него необыкновенно выразительный взгляд. Ему вовсе не обязательно говорить слова, он умеет излучать нервную энергию, «сгорать», не двигаясь с места. Так, как умеет это делать он, пожалуй, никто другой не умеет.

В 1986 году Олег Янковский сыграл роль Гамлета в постановке Глеба Панфилова в Ленкоме. Это была первая работа кинорежиссёра в театре. Спектакль недолго продержался в репертуаре и был недооценён критиками. Они не приняли трактовку знаменитой пьесы Шекспира режиссёром-дебютантом в театре. Самую большую неприязнь вызвала роль Гамлета в исполнении Олега Янковского. Актёр играл не духовные искания, а конечный результат. Это не был безумец и не человек, притворяющийся безумцем, это был холодный, трезво мыслящий человек.
Гамлет Олега Янковского оказался, вопреки всем нашим ожиданиям, одним из самых неприятных — бесчеловечных — персонажей спектакля. Перед нами — не искатель правды, не духовная личность, которая мучается оттого, что думает, чувствует, переживает иначе, чем другие. он изжил в себе Гамлета, показал, что его Гамлет — не «другой», а такой же как все.

Несмотря на то, что Олег Янковский от спектакля к спектаклю всё лучше и лучше понимал свою роль, спектакль был снят с репертуара, и актёр считал, что эта роль была его неудачей.
Зато роль Василия Позднышева в фильме Михаила Швейцера «Крейцерова соната» (по повести Л. Н. Толстого), снятого в том же 1986 году, Олег Янковский считал своей удачей. Актёр был утверждён без проб на эту роль. Янковскому было физически тяжело играть. Большую часть фильма занимал монолог главного героя, убившего свою жену. Актёру приходилось учить огромный текст и ни на йоту не отходить от первоисточника. Жена режиссёра стояла рядом с томиком Толстого и следила, «чтобы произнесён был каждый слог и каждый предлог». За роль Позднышева Олег Янковский в 1989 году был удостоен Государственной премии РСФСР имени братьев Васильевых.

В 1980-х годах Олег Янковский снялся ещё в двух фильмах Марка Захарова — в 1982 году в фильме «Дом, который построил Свифт» и в 1988 году — в фильме «Убить дракона». У обеих картин была непростая судьба. Фильм «Дом, который построил Свифт» цензура долго не выпускала на телеэкран из-за сложного «эзопового языка» пьесы Григория Горина. Хотя на этот раз драматург остался доволен работой Олега Янковского, в отличие от сложностей с озвучанием фильма «Тот самый Мюнхгаузен», и с долей иронии отмечал: «Зато в следующем фильме, „Дом, который построил Свифт“, Олег работал безукоризненно… поскольку на протяжении почти всего фильма декан Свифт не разговаривал, а просто молча смотрел… Молча же смотреть на этот мир не может никто лучше Янковского». Пьесу «Дракон» Е. Шварца Марк Захаров ставил ещё в студенческом театре МГУ, спектакль был сыгран всего несколько раз и потом закрыт. Но на исходе «перестройки» пьесу удалось наконец перенести на телеэкран. Олег Янковский сыграл в фильме Дракона, который держит в страхе весь город. В город прибывает странствующий рыцарь Ланцелот, который хочет освободить жителей от его господства. Но люди так привыкли к тирану, что чинят всяческие препятствия освободителю. Критики обвиняли Марка Захарова в конъюнктурности, потому что на этот раз параллели с современностью лежали на поверхности и были легко узнаваемы. Что, по мнению известного киноведа Кирилла Разлогова ничуть не умаляло игру Олега Янковского:

Победителем этого своеобразного актёрского «конкурса», безусловно, выходит Олег Янковский, который, пожалуй, второй раз после «Поцелуя» Романа Балаяна показывает, какие невиданные потенциальные возможности кроются в его даровании, как только он выходит за пределы привычного амплуа. Метаморфозы его Дракона, причудливые смеси интонаций, от сарказма до заискивания, внутренняя самоирония и неканоническое сочетание гения, злодейства и бессилия — всё это передаётся актёром с блеском самодовлеющего эффекта, своеобразного искусства для искусства.

Комментарии закрыты.